Архитектор спас храм Николая Чудотворца

Недавно в Доме русского зарубежья на Таганке состоялся финал фестиваля «Наш Пушкин. 225». Его президент — поэт Александр Вулых, коренной житель Хамовников.

Александр Вулых — сын архитектора Ефима Вулыха (1916–1982 годы), приложившего руку к созданию многих столичных достопримечательностей — проспекта Вернадского и Комсомольского проспекта, Большого Московского цирка, библиотеки Института научной информации по общественным наукам, жилых зданий на Ленинградском проспекте и Дорогомиловской набережной.

— Александр Ефимович, как произносится ваша фамилия?

— У отца ударение падало на первый слог, потому что фамилия происходит от слова «волох» — уроженец Валахии, то есть современной Румынии. А у меня с детства повелось — ВулЫх и ВулЫх. Даже Евтушенко спрашивал: «Это сибирская фамилия?» На самом деле мне приятнее, когда ее произносят с ударением на первом слоге, это значит, люди помнят что-то о моем отце. 

— Я живу в доме, который так и называется — «башня Вулыха», и считаю, что это самый удобный тип здания.

— Мне многие так говорили. Башни Вулыха считаются одним из лучших образцов жилищного строительства 1970–1980-х годов. Там нет размаха, как в сталинках, но на относительно небольшом пространстве все функционально и удобно — пролеты, двери, коридоры. Отец говорил: «Квартира должна быть спроектирована так, чтобы из нее можно было вынести гроб с телом покойника, не задев им ни за один косяк».

— А что вы помните про другие отцовские проекты?

— Цирк на проспекте Вернадского создавался на моих глазах. За это время сменилось десять строительных управлений. Про библиотеку ИНИОН на Профсоюзной отец говорил, что материалы в хранилище должны уцелеть даже при попадании авиабомбы. И при пожаре 2015 года действительно книги и рукописи пострадали, скорее, от воды, которой заливали пламя. 

Комсомольский проспект спроектирован отцом от начала и до конца. Было одно «но»: все проспекты, которые ведут к Кремлю, прямые, как лучи. Но когда эту линию прочертили, она прошла через один из самых красивых храмов — храм Николая Чудотворца в Хамовниках, это XVI век. Тогда (в 1958 году. — «МЦ») церкви сносили легко. Но отец с таким подходом был категорически не согласен. Он мог бы оставить храм островком, который обтекала бы трасса, но тогда он со временем разрушился бы от вибрации. И отец решил конфигурацию проспекта сломать: он у церкви поворачивает вправо, а потом влево.

— Ваш отец был верующим?

— Он был далек как от православия, так и от любой другой религии. Он действовал так только потому, что понимал высшую ценность такого создания человеческих рук.

— По идее, его должны там каждый день поминать в молитвах… 

— Когда умерла мама, я пришел к настоятелю этой церкви и попросил, чтобы ее там отпели. Никто не знал, была ли она крещеной. И настоятель сказал, что он знает историю церкви, что речь о жене архитектора, который спас храм, и что он разрешает в порядке исключения это сделать. Отпели там же потом и моего брата.

— Вы живете недалеко от этой церкви?

— Я почти всю жизнь живу на Хамовническом Валу (в прошлом Фрунзенском Валу), в одной и той же квартире. Это один из самых красивых и уютных районов Москвы, который со временем становится все элегантнее. Наш двор очень аккуратно привели в порядок. Там по весне уже не выпивают на скамеечках. Женщины-активисты высадили целую оранжерею. Конечно, хотелось бы побольше предприятий общепита и магазинов нормальных. Не у всех жителей района высокие доходы.

— Какие места в окрестностях вам особенно дороги?

— Фрунзенская набережная была бы лучшим местом для прогулок, если бы из-за твоей спины то и дело не выныривали самокатчики и велокурьеры. 2-я и 3-я Фрунзенские улицы, которые соединяют ее с Комсомольским проспектом, — это настоящие яблоневые аллеи.

Дом No 50 по набережной — бывший дом Совмина, на его месте собирались воздвигнуть еще одну высотку, но потом поняли, что из-за подземных вод это не получится. Там жил Лазарь Моисеевич Каганович, наш железный нарком. Я бывал у него в гостях, потому что моя мама дружила с его дочерью, тетей Майей. 

— Район сильно изменился со времен ваших детства и юности?

— Из тех заведений, которые существовали с момента открытия Комсомольского проспекта в 1965 году, в неизменном виде сохранился только магазинчик «Гавана», и там так же продают сигары. Нет ни «Русского льна», ни кинотеатра «Горизонт», который проектировал мой отец. Перед Департаментом бронетанковых войск и артиллерии, на месте которого сейчас Министерство обороны, был ресторан «Сказки Востока». Теперь там вертолетная площадка… Я видел, как Андреевский мост плыл по реке на баржах (22 мая 1999 года его арку переместили на полтора километра ниже по течению и переименовали в Пушкинский. — «МЦ»). А на основе его сохранившихся частей построили железнодорожный мост — там, где теперь Третье транспортное кольцо.

— Почему вы не пошли по стопам отца?

— Я неплохо рисовал в детстве. Но я понимал масштаб личности своего отца, и то, что нас будут неизменно сравнивать. И мне поневоле придется уйти из профессии. Поэтому я выбрал другой путь. Когда я начал писать стихи, мама позвонила другу юности, писателю Юрию Трифонову — одно время их семьи жили в Доме на набережной, с просьбой посоветовать, стоит ли мне заниматься этим. Трифонов удивленно сказал, что он, вообще-то, прозаик, но встретится со мною после того, как выйдет из больницы. Но из той больницы, к сожалению, он уже не вышел (Юрий Трифонов умер 25 марта 1981 года. — «МЦ»). Так что пробивался я уже самостоятельно.

— Как возникла идея фестиваля «Наш Пушкин. 225»?

— Я считаю, что национальная идея в нашей стране лежит на поверхности. Это русский язык. События последних лет обусловили необходимость обратить внимание на его продвижение и защиту. Пушкин, со дня рождения которого в этом году исполнилось 225 лет, — человек, создавший современный русский язык, и фигура объединяющая всех, кто говорит по-русски. Относиться к нему с негативом просто невозможно. У Литературной дуэли, которая состоялась в рамках фестиваля, было три направления. Первый — поэтическая форма, содержащая стихотворения конкурсантов с пушкинским эпиграфом, показывающие, как Пушкин продолжает жить в поэзии сегодняшнего дня. Второе — модный ныне стендап, юмористические монологи, в которых отражается пушкинская тема. И третье направление — свободная форма: это могла быть и песня, и изобразительное искусство. 

— Московские власти помогли вам в организации фестиваля? 

— Департамент культуры города Москвы помог нам с Домом русского зарубежья, на сцене которого прошла Литературная дуэль, за что мы ему очень благодарны.

ЦИТАТА

Может, осенней порою приснится 

Осиротелое тело Москвы

После того, как тугой вереницей 

В стаях потянутся к небу мосты.

Крымский порывисто скрипнет крылами, вздрогнет и вскрикнет 

Андреевский мост, взмоет над тихо раскрытыми ртами 

Черная «Волга» под номером МОС.

«Что это?» — спросит случайный прохожий, чувствуя трепет души над собой. 

«Это мосты улетают, похоже…» — 

Тихо ответит ему постовой…

 (Из стихотворения Александра Вулыха «Мосты», 1986) 

ЦИФРА

8 квартир приходится на этаж в «башне Вулыха»: «трешка», четыре «двушки» и три однокомнатных. В Центральном округе Москвы более 40 таких домов, больше всего — в Тверском районе (12).

СПРАВКА

Александр Вулых родился 5 февраля 1956 года в Москве. Окончил Московский текстильный институт, некоторое время трудился по специальности. Работал во многих крупных газетах, на телевидении и на радио (журналистом, редактором, сценаристом и телеведущим). Написал несколько сотен текстов песен для множества эстрадных исполнителей. Автор либретто и всех текстов песен для мюзикла «12 стульев» (2003 год). Переводил стихи и прозу с румынского и молдавского языков. Лауреат множества профессиональных конкурсов.