Любовь Печорина, или Парадоксы главного романа Михаила Лермонтова

Режиссер Сергей Тонышев выпустил спектакль «Герой нашего времени» в Театре на Таганке. В основе — роман Михаила Лермонтова, в центре внимания постановщика оказались взаимоотношения Печорина с женщинами.

Печорин предстает в спектакле героем-фантомом, явлением из воспоминаний ворчливого, но добродушного Максима Максимыча (Александр Резалин). Встреча спустя много лет, неловкая до невозможности, когда старик даже не знает, обратиться к молодому офицеру на «ты» или на «вы», пробуждает в его воображении сцены прошлого. Сценография Филиппа Шейна визуализирует этот ход — груда сломанного паркета посередине, дверь только символически обозначает пространство, да письменный стол. Этого достаточно для обозначения кавказского быта офицеров, где кутят и спорят, волочатся за дамами у источников и иронизируют друг над другом. Персонажи возникают на сцене, словно высыпанные из ящика куклы, превращаясь в живых людей, когда-то любивших и презиравших друг друга.

Разумеется, весь хоровод оживших героев романа мгновенно закручивается вокруг Печорина (Даниил Роменский). Он предстает не хрестоматийно тоскующим и безвременно разочарованным молодым человеком. Совершенно наоборот — в интерпретации Даниила Роменского он поразительно живой балагур, шутник и забияка, хулиган, глядя на которого и не подумаешь, что внутри пустота, которую он пытается заполнить острыми ощущениями. Он предстает перед нами обычным героем светской хроники, звездой минеральных курортов, дразнящим дам. Княжна Мери (Ксения Галибина) и Вера (Анастасия Лазукина) одинаково эфемерны в пене розовых кружев. Обе они нежны, но чуть отстранены, а их вальсы с Печориным не дуэты, а танец, в кружение вовлекаются и другие персонажи — это и Грушницкий (Эльдар Данильчик), и доктор Вернер (Сергей Кирпиченок) — не много ли участников для романтических отношений одного офицера? Печорин здесь кажется трикстером, ловкачом, закручивая вокруг себя события, но оставаясь при этом наблюдателем за теми, кто по-настоящему испытывает чувства, на которые не способен он сам. Рефреном в спектакле звучит фраза: «В одном мусульманском поверье сказано, будто судьба человека написана на небесах». Именно она и становится ключиком к режиссерскому замыслу — Печорин не просто играючи относится к жизни, он будто отказывается от нее, то ли не будучи в силах решиться хоть на что-то из-за собственного инфантилизма, то ли от болезненного неумения испытывать чувства. Его отношения с женщинами, княжной Мери, Верой и Бэлой (Александра Хованская) исследуются словно под микроскопом. Жанр постановки определен как «драгоценные воспоминания с двумя антрактами» — именно такой ход позволяет не просто перенести роман на сцену и, не отказавшись от неких исторических деталей в костюмах и сценографии, увидеть в Печорине героя не только лермонтовского, но и нашего времени.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

— У Лермонтова само название романа — ирония, игра. Что и говорить о том, какого человека нам приоткрывает Михаил Юрьевич. Печорин — невероятный парадокс. Интересно пройти его путь — как он смеялся над людьми и в тоже время сочувствовал, подключался к переживаниями тут же переворачивал ситуацию, выставляя все смешным. Лермонтов создал настоящую бурю из чувств, которая нужна для того, чтобы ощутить жизнь во всем объеме: каково это — так жить и дышать, влюбляться и завидовать, рассказал Сергей Тонышев, режиссер спектакля.