Игорь Климов: Мы репетировали, а на крыше сидели снайперы
![20 сентября 2021 года. Актер Игорь Климов с котом Бегемотом в Музее-театре «Булгаковский Дом». Фото: Анна Малакмадзе, «Вечерняя Москва»](https://caoinform.moscow/wp-content/uploads/sites/38/2021/09/13-3-scaled-e1632994879876.jpg)
![20 сентября 2021 года. Актер Игорь Климов с котом Бегемотом в Музее-театре «Булгаковский Дом». Фото: Анна Малакмадзе, «Вечерняя Москва»](https://caoinform.moscow/wp-content/uploads/sites/38/2021/09/13-3-scaled-e1632994879876-1024x794.jpg)
55-летие Игоря Климова, актера, режиссера, театрального педагога, удачно совпало с премьерой в Музее-театре «Булгаковский Дом». В новом спектакле «Булгаков. Куклы» мастер сыграл сразу четыре роли.
В этом же году Игорь Русланович отмечает 30 лет в актерской профессии. В его послужном списке около 130 киноролей и театральных не один десяток наберется.
— Игорь Русланович, не обидно, что чаще приходится играть антигероев - шпионов, бандитов?
— К сожалению, режиссеры видят во мне прежде всего отрицательное обаяние. Даже в сказке как-то пришлось людоеда сыграть, в московском «Театре Доброй сказки».
— Вы же родом из интеллигентной семьи? Мама — фельдшер, отец — заслуженный артист. Откуда взялось отрицательное обаяние?
— Все из-за математики, я плохо с ней справлялся в школе. А свои неуспехи скрывал под дурачеством. Меня ставили в угол за «плохое поведение», класс веселился, а мне это нравилось. И уже с раннего детства я догадался, что самая подходящая для меня профессия — артист.
— Все же не без подсказки папы, Руслана Федоровича, баса Донецкого оперного театра обошлось?
— Отец был против того, чтобы я стал актером, но волшебный театральный мир открылся мне с его помощью. Когда я перешел во второй класс, мы переехали в Донецк. Первый год наша семья даже жила в театре, в небольшой служебной комнатенке без окон, выходящей на театральный балкон. Ну, а потом я уже по привычке все свободное время там проводил — то за кулисами, то в зрительном зале. А какой там был реквизиторский цех! Мне не нужна была улица, я мог надеть на себя «настоящие» рыцарские доспехи. И почти каждый вечер вместо телевизора, которого у нас не было, я слушал оперу или оперетту или смотрел балет.
— В Москву вы приехали в начале «лихих 90-х»?
— Да, но так называемые лихие 90-е для меня и моей супруги Лилии, тоже актрисы, прошли почти незаметно. Нам повезло попасть на актерский тренинг легендарного Георгия Жданова, актера, соратника Михаила Чехова. Он специально приезжал из Лос-Анджелеса передать свои знания российским актерам. На тот момент ему было далеко за 80 Помню первый день, когда в здание музея Станиславского поприветствовать мэтра пришли Александр Калягин, Олег Табаков, Сергей Юрский. Георгий Семенович нацеливал нас на увеличение собственного энергетического потенциала. Например, как артист должен выходить к людям? Следует окутать своим обаянием зрителя, чтобы приковать к себе внимание. Если этого нет, то и в актерской профессии ты не состоялся. Мы пребывали в эйфории от того, что держали в руках перепечатанные копии уроков по актерскому мастерству самого Михаила Чехова. Жданов с Чеховым писали вместе эту книгу. Эти знания позволили нам раскрыть в себе новые таланты. Помню, как родители спрашивали нас тогда о военных действиях в центре Москвы. А мы только удивлялись: какая война? Хотя в то время, когда мы занимались у Жданова, на крыше соседнего дома сидели снайперы.
— Вашей первой киноработой стал эпизод в фильме Никиты Михалкова «Сибирский цирюльник»?
— Роль жандарма, охотящегося за террористами. Но вы меня там не увидите. Вырезали — места не хватило. Хотели 12 серий выпустить, но не случилось.
— А искусству фехтовать вы где научились?
— И фехтовать, и ездить верхом, и сценическое движение мы вместе с женой освоили в аспирантуре ГИТИСа. Научным руководителем был Николай Васильевич Карпов. Он говорил, что через преодоление физических трудностей актер учится решительности, концентрации. Не так важно сделанное актером сальто-мортале, как заслуженная им уверенность в себе. Не все актеры этими навыками владеют. Режиссеры иногда вынуждены отказываться от какого-то более яркого воплощения актерской роли, потому что некоторые актеры не способны задуманное повторить. А я в 30 лет научился делать сальто «от стены». Потом несколько лет мы преподавали в РАТИ — ГИТИС, через «мои руки» прошли Чулпан Хаматова, Дмитрий Дюжев. Диму, помню, учил прыгать через стол… Если помните казино «Метелица»? Мы там проводили и китайский Новый год, дрались на палках, потом там состоялись поединки богатырей и мушкетеров. Развлекали публику, как могли. А попутно мои знания оказались очень востребованы в создании батальных сцен в кинематографии и в театрах.
— Одна из ваших ярких ролей — Смешной в спектакле «Сон Смешного» по мотивам рассказа Федора Достоевского в Театре национальной драматургии...
— Непросто дался мне этот спектакль, там столько текста! Я вначале отказывался. Меня уговаривали месяца два. В конце концов, я стал в текст вживаться, решил тренировать память. Я записывал на диктофон свои монологи, постоянно их слушал и сумел «закодировать».
— А как же в новом спектакле «Булгаков. Куклы» по роману «Мастер и
Маргарита» вам удалось сыграть сразу четыре роли — Булгакова, Воланда, Понтия Пилата и психиатра Стравинского?
— Когда ты готов, приходит то, с чем ты можешь справиться. Так говорил наш учитель Жданов.
— Жизнь сперва долго бьет ключом по голове, а потом дает возможность все же им воспользоваться как ключом от дворца. Можно сказать, что этот спектакль — подарок к юбилею. Воланд для меня не сатана. Великий уравнитель, один из падших ангелов, но покаявшихся. Хотя он может быть и озорным бесенком, таким хулиганом. Это осознание меня примирило с этой ролью. Вспомните фотографию Булгакова, где он в пенсне. Когда луч солнца попадает на пенсне, кажется, посверкивает глаз. Как у Воланда. И в Стравинском, и в Пилате Михаила Афанасьевича несложно угадать. Приходите на спектакль, все увидите сами.
СПРАВКА
Игорь Русланович Климов родился в Саратове в 1966 году. Окончил театральный факультет Саратовской государственной консерватории по специальности «артист театра драмы», аспирантуру Российской академии театрального искусства при кафедре сценического движения. Преподает в РАТИ — ГИТИС сценическое движение и фехтование.
В 1996 году вел театральную лабораторию, организованную итальянской Ассоциацией Teatro di Pisa. Преподавал театральную биомеханику в Лионской академии искусств. Руководит театральной студией «СВИТИ».